23 Июня 2021 - 17:55

В среду, 23 июня, в здании Ясамальского районного суда Баку под председательством судьи Бакинского военного суда Эльбея Аллахвердиева состоялось очередное судебное заседание по уголовному делу граждан Республики Армения Людвига Мкртичовича Мкртчяна (1969 года рождения) и Алеши Арамаисовича Хосровяна (1967 года рождения), обвиняемых по соответствующим статьям УК АР.

Как сообщает Аrmenia.Az, на сегодняшнем заседании завершили выступление потерпевшие и начали выступать подсудимые.

Так, потерпевший Эльшан Исламов (1979 года рождения) рассказал, что был призван в армию в 1997 году, а в 1998 году, когда он находился на передовом посту, его взяли в плен армяне, которые ночью оглушили его и утащили на свои позиции.

«Меня вместе с другими азербайджанскими пленными доставили в Иреван. Там я и увидел Людвига Мкртчяна. Произошло это при следующих обстоятельствах – армянский офицер предложил мне стать коллаборационистом, сотрудничать с ними. В частности, я должен был два года на фронте стрелять в своих соотечественников. Через два года меня обещали вернуть в Иреван, поменять имя и фамилию на армянские, я мог даже женится там и начать новую жизнь как армянин. В случае отказа обещали сгноить меня в тюрьме… Но я отказался, и тогда Людвиг, который переводил слова этого офицера, ударил меня по лицу.

В плену меня постоянно избивали, даже пытались сжечь, вырвали плоскогубцами золотой зуб, устроили инсценировку расстрела. Нас дубинками выгоняли из камер на хозяйственные работы и чистку территории, и дубинками же загоняли обратно. Били столько, что армяне даже сами уставали, а я привык к тому, что меня постоянно беспричинно избивают. В плену меня посетил один чернокожий представитель Международного Комитета Красного Креста. Он увидел, как я зимой сплю на холодном бетонном полу камеры, возмутился этим, и армяне принесли мне матрас и одежду. Правда, как только он ушел, они тут же всё отняли…

Во время инсценировки расстрела, увидев, что я не испугался, меня ударили прикладом автомата в живот. Желудок с тех пор болит вот уже больше 20 лет…», - заявил потерпевший.

Адвокат А.Хосровяна Тофиг Асланов спросил у Э. Исламова, видел ли он когда-то его подзащитного, на что тот ответил, что нет. В свою очередь, адвокат Л.Мкртчяна – Арзу Джавадов – спросил, как Исламов узнал Людвига, ведь прошло столько лет. Потерпевший ответил, что узнал Мкртчяна сразу. «Его лицо навсегда запечатлелось в моей памяти», - заявил Э.Исламов.

Потерпевший Эльман Гаджиев (1971 года рождения), житель бакинского посёлка Амираджаны, в своём выступлении заявил, что в 1992 году пошел добровольцем на фронт.

«26 сентября 1993 года я попал в плен. При этом армяне меня избили, выбили зубы, после чего привезли в село в Агдере, там в подвале одного из домов посадили на цепь, чтобы я не сбежал. Затем меня отвезли в Шушинскую тюрьму, потом отправили в Ходжавенд, где я год работал на стройке. Людвига Мкртчяна я впервые увидел там, он избил меня, когда я разгружал ночью грузовик с кормом для животных, приехавший из Иревана. Тогда я сказал Людвигу – «Мы с тобой ещё встретимся!», и это ему очень не понравилось. Он и другие армяне избили меня так, что я не мог встать 10 дней, Мкртчян лично сломал мне нос, ударив палкой от метлы…

Мы строили различные постройки в Ходжавенде и Ханкенди, стройматериалы нам привозили из Агдама и Физули, где других азербайджанских пленных заставляли разбирать дома. Так, я строил дом Кара Бабаяна на въезде в Ханкенди со стороны Агдама, с правой стороны. Видел, как из каменных надгробий с азербайджанских кладбищ армяне делали лестницы в селах, а мраморные надгробия шлифовали, стирая с них азербайджанские имена, и продавали.

Тогда Людвиг был молодой, говорил по-азербайджански, предупреждал нас в Шуше – «Я здесь всё знаю как свои пять пальцев, даже не думайте сбежать», - заявил Э. Гаджиев.

Тут стоит отметить, что во время его выступления он и Людвиг пристально посмотрели друг другу в глаза, и это было необычно, так как до сих пор на всех заседаниях Мкртчян не смотрел в глаза потерпевшим. После этого Эльман Гаджиев заявил, что Людвиг, может быть, и забыл его, но сам он никогда Мкртчяна не забудет. Потерпевший также добавил, что, помимо сломанного носа, в армянском плену ему повредили колени, он получил заболевание почек и вынужден дважды в год проходить курс лечения.

Потерпевший Яшар Абдулалиев, приехавший на процесс из Нефтчалинского района, рассказал, что попал в плен в начале 1994 года на Муровдаге в Кяльбаджарском районе республики.

«Мы попали в плен втроём – я, мой земляк Эйваз и парень, которого мы тогда знали как Сеймура. Так вот, его армяне сожгли за то, что он на допросе ударил одного из них. Облили соляркой и подожгли… Запах горящей человеческой плоти – самый ужасный запах на свете… Потом мы видели его обгоревший труп. Лишь много позже выяснилось, что этого нашего воина на самом деле звали Ильгар, он был то ли из Агдаша, то ли из Агсу, сейчас уже не помню…

В плену я встретил бакинского армянина Валерия Айвазяна, он сказал мне, что этой войны никто не хотел, что армяне жили в Баку хорошо.

Людвига Мкртчяна я помню как человека, который в плену избивал меня и вырвал мне золотой зуб», - заявил потерпевший.

Потерпевший Кямиль Бабаев, уроженец Дашкесана, рассказал, что попал в плен, отстав на марше от своей воинской части и заблудившись во время февральской снежной метели и горного тумана.

«В плену мне пытались вырвать титановый зуб, приняв его за золотой, но только сломали его и разозлившись, ударили по голове плоскогубцами так, что я упал. Нос сломали прикладом автомата.

Людвиг Мкртчян бил меня в тюрьме Шуши. Мкртичян особо выделялся жестокими методами пыток азербайджанских пленных, поэтому пользовался уважением. Он всегда говорил с нами на азербайджанском языке.

Меня заставляли работать чернорабочим на стройках домов в Ханкенди. С тех пор у меня проблемы с ногами, расстроены нервы», - сказал потерпевший.

Потерпевший Джахид Гасанов в своём выступлении отметил, что был жестоко избит Алешей Хосровяном.

«Я был свидетелем того, как армяне убили пленного азербайджанского солдата – русского по национальности – за то, что тот, будучи православным христианином, воевал за территориальную целостность Азербайджана. Видел, как мраморные надгробия с азербайджанских кладбищ армяне шлифовали, стирая имена покойников, и продавали. Кроме того, слышал, как Людвиг Мкртчян рассказывал о своём участии в истреблении мирного населения нашего города Ходжалы», - сказал он.

Потерпевший же Джавид Гусеин на процессе рассказал, что в Ханкенди все, кто мог, били азербайджанских пленных, бросали в них камни. «Одна армянка ударила меня по голове камнем так, что я упал весь в крови. Были армяне – военнослужащие-срочники, а были такие, как Людвиг Мкртчян, настоящие боевики», - заявил он.

После этого судья Э.Аллахвердиев спросил у подсудимых, хотят ли они выступить после того, как выслушали всех потерпевших. Алёша Хосровян заявил, что да, и рассказал, что в 1988 году, после окончания срочной службы в Советской армии, вернулся в свой родной город Кафан.

«Я был в Карабахе дважды – первый раз в 1994 году, сопровождая группу студентов, и второй раз в 2020 году. Никого из потерпевших не знаю и никогда не видел. Людвига Мкртчяна впервые увидел на суде, ранее не знал его. Был схвачен азербайджанскими военнослужащими в Джебраильском районе, куда приехал из Кафана, где я работаю таксистом. Мой сосед в Кафане – старший лейтенант армянской армии, служивший в Кафанской бригаде – позвонил мне из Джебраила и попросил привезти ему его автомобиль, пообещав заплатить за это. Я выехал и через Губадлы приехал в Джебраил. О том, что в машине лежит автомат АКМ-74, узнал только в дороге», - заявил Хосровян.

На вопрос прокурора Махира Аббасова, как он один, без проводника, так легко доехал до Джебраила, если утверждает, что никогда ранее не был в тех местах, Алёша ответил, что старший лейтенант постоянно по телефону давал ему указания, куда надо ехать.

Кроме того, Хосровян вновь заявил, что признаёт себя виновным в незаконном пересечении государственной границы Азербайджана, но подчеркнул, что не участвовал в войне в Карабахе. Он также весьма противоречиво заявил, что знал о том, что в Джебраиле стоят армянские войска, но не знал, что этот азербайджанский район оккупирован.

В своём выступлении Алёша Хосровян также сказал, что в Кафане его соседями были азербайджанцы, его одноклассницей тоже была азербайджанка.

«Помню их имена – Агамир, Ариф… Отношения с ними были очень хорошие, я даже участвовал на азербайджанской свадьбе в Зангилане, ничего плохого не было. В 1988 году, когда я вернулся из армии, уже была напряженная обстановка, к нам в Кафан приехало много армян из Баку и Сумгайыта. И когда хотели обидеть наших азербайджанских соседей, мы их защитили», - заявил подсудимый.

На вопрос прокурора Махира Аббасова, знает ли он, что зачинщиком сумгайытских событий был армянин Эдуард Григорян, Алёша Хосровян заявил, что не в курсе этого.

Следующее судебное заседание назначено на среду, 30 июня.

15:15:04

На заседании по уголовному делу армянских боевиков Мкртичяна Людвика Мкртичовича и Хосровяна Алеши Арамаисовича, пытавших азербайджанских пленных во время Первой Карабахской войны и совершивших другие преступления, потерпевшие дали показания.

Как сообщает Аrmenia.Az, на процессе под председательством судьи Бакинского военного суда Эльбея Аллахвердиева вначале дал показания потерпевший Эльшан Исламов.

Он сообщил, что попал в плен в 1997-м году: «Меня доставили в Шушинскую тюрьму. Начали избивать ремнем. Была зима, они выволакивали нас на мороз, бросали на снег. Затем передали нас армянским солдатам, которые, связав мне руки, обливали бензином, под голову подкладывали канистру от бензина. Хотели поджечь меня, но им сказали, что меня нужно увести. Стали избивать меня, мол, почему не разрешают поджечь? Потом усадили в машину, предложили еду, и когда я захотел поесть, начали бить меня. Потом доставили меня в одно село, ударили по голове, когда я выходил из машины, потерял сознание. Придя в себя, понял, что нахожусь в Шушинской тюрьме, там было много раненых азербайджанцев. У одного был выбит глаз. Они сказали, что попали в плен в 1992 году. Они выливали на бетон воду, мы так и спали».

Отвечая на вопросы адвокатов, потерпевший сказал, что он не знает Алешу Хосровяна и не имеет никакой информации о нем: «Меня пытал Мкртичян, я не знаю Хосровяна. Но Мкртичян меня так мучил, что я не могу забыть этого, его лицо навечно запечатлелось в моей памяти».

Потерпевший Ровшан Гарибоглу сказал, что все армяне, проживающие в Карабахе и пытавшие их, говорят на азербайджанском языке: «В Ереване они проводили курсы азербайджанского языка и для своих детей. Наша ошибка в том, что мы не изучаем армянский язык».

ARMENIA.AZ